Это было так...

— Был обычный летний вечер. Жители деревни Яковлево собрались на посиделки. Шла война, мужчины были на фронте, и на гулянье собирались только молодые девушки, старики да подростки. В тот вечер посиделки шли своим чередом. Примерно в час ночи внимание людей привлек незнакомый гул самолета, пролетевшего низко над лесом и, судя по всему, идущего на посадку. Самолет скрылся за лесом, а через какой-то промежуток времени оттуда послышались взрывы и появилось пламя. Молодежь побежала на зарево.

Тем временем из леса выехал мотоцикл, в коляске которого сидела женщина, а за рулем — человек в форме советского офицера. Он спросил дорогу на Карманово. Показать дорогу вызвалась молодая учительница Анастасия Малинина. Она проводила мотоциклистов до деревни Сидорово.

Ребята, которые побежали на зарево, обнаружили в лесу разбитый немецкий самолет и, вернувшись в Яковлево, позвонили через Ветрово, Мало-Носовые и деревню Никульники в точки воздушного наблюдения. У нас о готовящейся акции немцев знали, поэтому все посты наблюдения были приведены в состояние боевой готовности и сразу же начали действовать.

Ночью меня разбудила первый секретарь Кармановского райкома комсомола М. Ф. Попова, сказав: «Вставай, пойдем ловить диверсантов». Когда я пришел в назначенное место, там уже собрались 18 призывников-комсомольцев и отряд милиции во главе с начальником милиции Павлом Евстафьевичем Ветровым и начальником отделения НКГБ (к сожалению, фамилию его я не помню). Мы устроили в Карманове засаду. Одна группа перекрывала дорогу на Гжатск, а вторая укрылась в парке.

Примерно в 16 часов мотоцикл Таврина по мосту пересек реку Яузу и въехал в поселок. П. Е. Ветров и начальник отделения НКГБ, переодетые в гражданскую одежду, пошли ему навстречу, но как бы на колонку за водой. Поравнявшись с ними, Таврин остановился и спросил дорогу на Ржев. В этот момент Ветров взял мотоцикл за руль, а начальник НКГБ потребовал у приехавших документы, а затем пригласил их пройти в милицию, якобы для обычной проверки.

В милиции, кроме П. Е. Ветрова и начальника НКГБ присутствовал еще первый секретарь Кармановского райкома партии С. И. Родин. При допросе Таврин сказал, что едет с важным поручением для Москвы со стороны Гжатска, но ехал он с противоположной стороны, от Самуйлова. При проверке документов внимание оперативников привлек партийный билет—формат его оказался не соответствующим нашему стандарту. Когда Таврин стал что-то объяснять, С. И. Родин в упор спросил его: «А чей самолет горит в лесу?» Эти слова очень сильно подействовали на диверсантов, и он во всем начал признаваться.

Как выяснилось из рассказа Таврина, готовящаяся акция имела далеко идущие планы. Немцы разработали несколько вариантов высадки своих диверсантов. По первоначальному замыслу Таврин и Шилова должны были высадиться в районе Лужники—Сокольники. Но наша разведка знала о готовящейся акции, поэтому были приняты все меры, чтобы не допустить диверсантов в Москву.

Немецкий самолет был обстрелян, перелетая оборонительный пункт под Можайском, и повернул назад, высадив Таврина и радистку у деревни Завражье Подъелковского сельсовета (в двух километрах от деревни Яковлево). Таврин и Шилова, благополучно выгрузив свою технику, отправились в сторону Карманова. А самолет при неудачном взлете, задев верхушки сосен, потерпел аварию, что и привлекло внимание жителей деревни Яковлево.

Экипаж самолета в составе пяти человек видели на второй день после этих событий в деревнях Королево, Гладкое и Двоешки. Летчики шли по старому военному настилу на явку к Зубцову и Ржеву (со слов Таврина). Оперативная группа задержала их в лесу между деревнями Чайниково и Карамзине Зубцовского района. Из пяти немцев один был случайно убит оперативником Ольховым. Когда пленных доставили в Карманово, их охранял в КПЗ милиционер Андрей Ефимыч Семченков. Потом пленных отправили в Москву.
Вот так закончилась эта операция.

Рассказ записала С. КОКОТТИНА
Газета «Красное знамя», 1987 год

Обсуждение

blog comments powered by Disqus